Химическая физика. T. 42, Номер 8, 2023

Химическая физика, 2023, T. 42, № 8, стр. 39-44

Воздушная газификация древесины при повышенном давлении в режиме фильтрационного горения

В. М. Кислов 1, *, М. В. Цветков 1, А. Ю. Зайченко 1, Д. Н. Подлесный 1, М. В. Салганская 1, Ю. Ю. Цветкова 1, Е. А. Салганский 1

1 Федеральный исследовательский центр проблем химической физики и медицинской химии Российской академии наук
Черноголовка, Россия

* E-mail: vmkislov@icp.ac.ru

Поступила в редакцию 02.03.2023
После доработки 16.03.2023
Принята к публикации 20.03.2023

Полный текст (PDF)

Аннотация

Экспериментально исследована воздушная газификация древесины при повышенном давлении в режиме фильтрационного горения. Показано, что повышение давления в реакторе (до 3 атм) при газификации древесины приводит к увеличению производительности экспериментальной установки в 1.6 раза, снижению количества образующих смол в 1.5 раза и изменению концентраций выходящих газов. Проведены термодинамические расчеты влияния давления на стадию пиролиза древесины. С повышением давления от 1 до 9 атм происходит снижение объемных концентраций водорода и монооксида углерода, а объемные концентрации водяного пара и диоксида углерода повышаются. Однако уже при температуре пиролиза 1300 К повышение давления практически не оказывает влияния на состав газообразных продуктов.

Ключевые слова: газификация, пиролиз, фильтрационное горение, древесина, повышенное давление, термодинамика.

1. ВВЕДЕНИЕ

Глобальная зависимость от запасов ископаемых топлив, а также связанные с ними экологические аспекты активизируют исследования в области альтернативных и возобновляемых источников энергии. Многообещающим способом получения энергии из альтернативных источников сырья является газификация в режиме фильтрационного горения [1, 2]. К существенным преимуществам таких технологий относится возможность использования некондиционных топлив и некоторых технологических отходов с целью получения энергии или горючего газа, богатого СО и Н2 – компонентами синтез-газа [3, 4]. Хотя эта технология и является весьма перспективной с точки зрения производства энергии, существует ряд недостатков, когда речь идет о ее промышленном применении. Во-первых, это относительно низкая удельная производительность газификатора. В то время как газификаторы фильтрационного горения имеют удельную производительность, не превышающую 1.5 т/ч · м2, у газификаторов Лурги [5] это значение составляет до 4.5 т/ч · м2 [6], а у газификаторов, работающих по технологии кипящего слоя, характерная производительность находится в диапазоне 6–10 т/ч · м2 [7]. Другой недостаток газификации в фильтрационном режиме – достаточно высокое содержание пиролизных смол в продуктах, которое может достигать 500 г · м–3 [8], что в значительной мере ограничивает применимость такого газа в энергетических установках для выработки электроэнергии [9]. Решением этих проблем может быть реализация газификации в фильтрационном режиме при повышенном давлении, которая может заменить или удешевить дорогостоящие системы газоочистки от пиролизных смол.

Согласно литературным данным разных групп исследователей повышение давления влияет на выход смол [10] разнонаправлено. Майерхофер с соавт. [11] наблюдали, что при повышении давления в реакторе кипящего слоя увеличивается общее количество смол, в основном за счет нафталина, особенно при низких значениях соотношения пар/биомасса. В работе Вольфесбергера с коллегами [12] по газификации биомассы в кипящем слое показано, что количество смол уменьшается более чем в 2.5 раза при повышении давления с 1 до 5 атм. В работе Найта [13] при газификации древесины в кипящем слое наблюдали 20%-ное снижение количества смол при повышении давления с 0.8 до 2.14 МПа при температуре 824 °С, что связывали с уменьшением водорастворимых соединений смолы и фенолов, а также с увеличением полиароматических соединений. Валин с соавт. [14] сообщили об отсутствии влияния давления на содержание конденсирующихся смол при паровой газификации древесных опилок, хотя состав газа изменялся в соответствии с принципом Ле Шателье.

Таким образом, повышение давления в реакторе обычно снижает содержание пиролизных смол в продукт-газе и приводит к значительному увеличению производительности главным образом за счет интенсификации и полноты химических превращений [15–17]. Также в ряде работ было показано [18, 19], что газификация твердых топлив при повышенном давлении приводит к снижению концентрации водорода и монооксида углерода, в то же время происходит рост концентрации метана в газообразных продуктах.

Газификация твердых топлив в режиме фильтрационного горения характеризуется интенсивными процессами внутреннего теплообмена, которые приводят к образованию зональной структуры [20, 21], в результате чего происходит пространственное разделение стадий пиролиза и окисления топлива по длине реактора [22]. В работе [23] представлены результаты расчетов по влиянию давления на температуру и равновесный состав газообразных продуктов при газификации углеродных топлив в режиме фильтрационного горения. Было показано, что повышение давления приводит к росту температуры горения и снижению содержания водорода и монооксида углерода в продуктах газификации, при этом происходит увеличение содержания метана. Однако в работе [23] не рассматривается отдельно стадия пиролиза, которая может значительно влиять на состав и выход газообразных продуктов.

Таким образом, настоящая работа направлена на теоретическое и экспериментальное изучение влияния повышенного давления на параметры газификации древесины в фильтрационном режиме.

2. МЕТОДИКА ЭКСПЕРИМЕНТА

Экспериментальные исследования проводили на лабораторной установке шахтного типа периодического действия, схема которой представлена на рис. 1, а на рис. 2 – фотография этой установки. Основной частью установки является цилиндрический реактор с внутренним диаметром 100 мм и длиной 1000 мм, выполненный из карбида кремния, в котором происходила газификация сосновой древесины. Реактор помещен в металлический корпус 1, внутреннее пространство которого между наружным корпусом и реактором заполнено теплоизоляцией из пористого бетона 2 для снижения теплопотерь и предотвращения перегрева корпуса установки. Установка снабжена инициирующим устройством, представляющей собой камеру, обогреваемую электронагревателем 3, объем которой заполнен керамическими кольцами Рашига 4 характерного размера: 10 × × 10 мм. Подача воздуха из компрессора 5 для газификации осуществлялась через инициирующее устройство и контролировалась с помощью расходомера 6. Вывод продуктов газификации осуществляется через газовый коллектор, расположенный в верхней части установки, где установлен манометр 7 для измерения и контроля давления в реакторе.

Рис. 1.

Схема лабораторной установки (описание см. в тексте).

Рис. 2.

Фотография экспериментальной установки.

Перед началом эксперимента в газификатор загружали древесину, характерный размер частиц которой для одной серии экспериментов составлял 5–7 мм, а для другой – 20–27 мм. Влажность древесины составляла 7%. Масса загруженной в газификатор древесины – 1.5–2 кг. После загрузки реактора исследуемой древесиной осуществлялся монтаж газового коллектора и системы сбора пиролизных смол. Затем включали нагрев инициирующего устройства, и после того как температура колец Рашига в нем достигала 800 °С, подавали воздух для газификации. После подачи воздуха происходили воспламенение топлива и последующее распространение фронта горения внутри реактора; при этом электронагреватель инициирующего устройства отключали. Продукты газификации, выходящие из газового коллектора, содержащие пиролизные смолы (в виде аэрозоля) и газообразные продукты, направлялись в систему сбора пиролизных смол. Последняя включает в себя механический сепаратор смол 8 (рис. 1), принцип работы которого основан на дросселировании аэрозоля через узкую щель, в результате чего происходит конденсация жидких продуктов из аэрозоля в колбе 9. Далее газообразные продукты поступали в водяной холодильник 10, где происходила конденсация остаточных пиролизных смол в колбе 11. Пиролизные смолы в основном конденсировались в колбе 9 после сепаратора смолы. Такая схема позволяла улавливать практически полностью жидкие продукты пиролиза. Газообразные продукты, прошедшие через систему сбора пиролизных смол, направлялись в горелочное устройство 12, в котором происходило сжигание газообразных горючих компонентов.

3. МЕТОДИКА РАСЧЕТА

Термодинамические расчеты равновесного состава продуктов для исследования многокомпонентных химических систем проводят с помощью поиска минимальной свободной энергии Гиббса или же состояния системы, характеризующейся максимальной энтропией [24, 25]. Для оценки влияния стадии пиролиза древесины на состав продуктов газификации при повышенном давлении проводился термодинамический расчет. Расчет пиролиза древесиной смолы проведен с помощью программного пакета TERRA [26] при различных температурах и давлениях. В расчетах использовали брутто-формулу древесной смолы C1H1.48O0.58 [27], значения давления задавали равными 1, 3, 5, 7, 9 атм, характерные для пиролиза температуры составляли 900, 1100 и 1300 К. Для заданного состава смеси в результате расчетов получали равновесный состав продуктов при определенной температуре и давлении.

4. РЕЗУЛЬТАТЫ И ИХ ОБСУЖДЕНИЕ

На рис. 3 представлены результаты термодинамических расчетов влияния давления на состав газообразных продуктов пиролиза древесной смолы с помощью программного пакета TERRA. С ростом температуры от 900 до 1300 К повышаются объемные концентрации водорода и монооксида углерода (рис. 3а), а объемные концентрации водяного пара и диоксида углерода (рис. 3б) снижаются при постоянном давлении. Следует отметить, что при пиролизе древесины образуется значительное количество коксового остатка. На рис. 3а, б не показано содержание кокса, так как он занимает объем на несколько порядков ниже, чем газообразные продукты, хотя кокс и присутствует в конечных продуктах.

Рис. 3.

Зависимости объемных концентраций продуктов конверсии (V) от давления (P) для древесной смолы с брутто-формулой C1H1.48O0.58 при различной температуре: 1 – 900 К, 2 – 1100 К, 3 – 1300 К: сплошные линии – концентрации водорода (а) и водяного пара (б), штриховые – концентрации монооксида углерода (а) и диоксида углерода (б).

При температуре 900 К влияние давления более выражено, чем при 1100 К. Повышение давления смещает равновесие в сторону окисления водорода и монооксида углерода, а также в сторону образования метана. Однако уже при температуре 1300 К повышение давления практически не оказывает влияния на состав газообразных продуктов, так как такой температуры уже достаточно для быстрого протекания реакций.

Ранее было показано, что для получения более высоких содержаний H2 и CO рекомендуется не превышать рабочее давление, равное 4 атм [28], поэтому в нашей экспериментальной части исследования не изучена область с давлением выше 4 атм. Результаты экспериментов показали, что повышение давления в реакторе фильтрационного горения при газификации древесины приводит к увеличению производительности экспериментальной установки, снижению количества образующих смол в продукт-газе и, соответственно, увеличению объема газообразных продуктов, а также к снижению концентраций монооксида углерода и водорода (см. табл. 1).

Таблица 1.  

Характеристики воздушной газификации древесины при различном давлении

Характеристика Значение
Размер частиц, мм 5–7 20–27
Давление, атм 1 2.8 1 2.5
Средний состав газа, об. %        
СО2 7.16 18.53 5.66 13.42
Ar 0.66 0.87 0.67 0.79
N2 55.24 68.70 56.23 62.8
СО 28.18 8.13 30.08 16.24
С2Н4 0.22 0.07 0.18 0.09
СН4 2.08 1.70 1.72 2.25
Н2 6.46 2.00 5.46 4.41
Q, МДж/м3 5.1 1.9 5.1 3.4
Выход смолы, мас. % 48.9 31.4 34.5 25.4
Производительность, г/c 0.53 0.79 0.42 0.71

Для частиц древесины размером 5–7 мм увеличение давления приводит к резкому снижению концентраций H2 и CO, в то время как концентрация СО2 значительно возрастает. Это согласуется с данными, представленными в литературе [29, 30]. Однако ожидаемого повышения концентрации метана в продукт-газе не происходит. Это может быть связано с колебаниями состава продуктов при проведении процесса. Калорийность газообразных продуктов уменьшается примерно с 5 до 2 МДж/м3, а выход смолы снижается примерно с 50 до 30 мас. % (от массы древесины) с ростом давления от атмосферного до 2.8 атм. За счет снижения смолы повышается объем газообразных продуктов. Производительность реактора увеличивается примерно в 1.5 раза при увеличении давления до 2.8 атм. Аналогичные тенденции сохраняются и для более крупных частиц древесины.

При увеличении размера исследуемых частиц древесины в 4 раза при близких значениях давлений в реакторе улучшается качество газообразных продуктов (увеличиваются концентрации монооксида углерода и водорода), что связано с увеличением времени пребывания частиц в высокотемпературной зоне реактора. Прогрев более мелких частиц происходит быстрее, а выделение продуктов пиролиза у них – более интенсивное, чем у крупных, поэтому при газификации мелких частиц повышение давления оказывает более заметное влияние на состав образующихся (в первую очередь газообразных) продуктов. Выход смолы также снижается с увеличением размера частиц при близких значениях давлений. Таким образом, небольшое повышение давления (до 3 атм) при газификации древесины в фильтрационном режиме приводит к значительному уменьшению количества смол (примерно в 1.5 раз).

Рассчитанные закономерности изменения концентраций газообразных продуктов качественно согласуются с экспериментальными результатами, в которых происходят значительные изменения концентраций газов при изменении давления от 1 до 2.8 атм.

5. ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Проведено изучение влияния повышенного давления на параметры газификации древесины в фильтрационном режиме. Результаты экспериментов показали, что повышение давления в реакторе фильтрационного горения при газификации древесины приводит к увеличению производительности экспериментальной установки, снижению количества образующих смол и, соответственно, увеличению объема газообразных продуктов, а также к снижению концентраций монооксида углерода и водорода.

Проведены термодинамические расчеты влияния давления на стадию пиролиза древесины. Повышение давления смещает равновесие в сторону окисления водорода и монооксида углерода, а также в сторону образования метана. При температуре 900 К влияние давления более выражено по сравнению с температурой 1100 К. Однако уже при температуре 1300 К повышение давления практически не оказывает влияния на состав газообразных продуктов.

Рассчитанные закономерности изменения концентраций газообразных продуктов качественно согласуются с экспериментальными результатами, которые показывают значительные изменения концентраций газов при изменении давления.

Исследование выполнено в рамках госзадания (тема № АААА-А19-119022690098-3).

Список литературы

  1. Arena U. // Waste Manag. 2012. V. 32. № 4. P. 625; https://doi.org/10.1016/j.wasman.2011.09.025

  2. Toledo M., Arriagada A., Ripoll N., Salgansky E.A., Mujeebu M.A. // Renew. Sust. Energ. Rev. 2023. V. 177. ID 113 213; https://doi.org/10.1016/j.rser.2023.113213

  3. Герасимов Г.Я., Хасхачих В.В., Сычев Г.А. и др. // Хим. физика. 2022. Т. 41. № 11. С. 24; https://doi.org/10.31857/S0207401X22110048

  4. Смирнов В.Н., Шубин Г.А., Арутюнов А.В. и др. // Хим. физика. 2022. Т. 41. № 11. С. 52; https://doi.org/10.31857/S0207401X22110115

  5. Van Dyk J.C., Keyser M.J., Coertzen M. // Intern. J. Coal Geol. 2006. V. 65. № 3–4. P. 243; https://doi.org/10.1016/j.coal.2005.05.007

  6. Seed M.A., Williams A.R., Brown D.J., Hirschfelder H. // Proc. Third Intern. Conf. on Clean Coal Technologies for our Future. Cagliari, Italy, 2007.

  7. Motta I.L., Miranda N.T., Filho R.M., Maciel M.R.W. // Renew. Sust. Energ. Rev. 2018. V. 94. P. 998; https://doi.org/10.1016/j.rser.2018.06.042

  8. Кислов В.М., Жолудев А.Ф., Кислов М.Б., Салганский Е.А. // ЖПХ. 2019. Т. 92. № 1. С. 61; https://doi.org/10.1134/S0044461819010080

  9. Asadullah M. // Renew. Sust. Energ. Rev. 2014. V. 40. P. 118; https://doi.org/10.1016/j.rser.2014.07.132

  10. Cortazar M., Santamaria L., Lopez G. et al. // Energy Convers. Manag. 2023. V. 276. ID 116496; https://doi.org/10.1016/j.enconman.2022.116496

  11. Mayerhofer M., Mitsakis P., Meng X. et al. // Fuel. 2012. V. 99. P. 204; https://doi.org/10.1016/j.fuel.2012.04.022

  12. Wolfesberger U., Aigner I., Hofbauer H. // Environ. Prog. Sustain. Energy 2009. V. 28. № 3. P. 372; https://doi.org/10.1002/ep.10387

  13. Knight R.A. // Biomass Bioenerg. 2000. V. 18. № 1. P. 67; https://doi.org/10.1016/S0961-9534(99)00070-7

  14. Valin S., Ravel S., Guillaudeau J., Thiery S. // Fuel Process. Technol. 2010. V. 91. № 10. P. 1222; https://doi.org/10.1016/j.fuproc.2010.04.001

  15. Медведев С.П., Иванцов А.Н., Андержанов Э.К. и др. // Хим. физика. 2022. Т. 41. № 12. С. 56;

  16. Tereza A.M., Medvedev S.P., Smirnov V.N. // Acta Astronaut. 2021. V. 181. P. 612; https://doi.org/10.1016/j.actaastro.2020.09.048

  17. Медведев С.П., Максимова О.Г., Черепанова Т.Т. и др. // Хим. физика. 2022. Т. 41. № 11. С. 73; https://doi.org/10.31857/S0207401X22110085

  18. Situmorang Y.A., Zhao Z., Yoshida A., Abudula A., Guan G. // Renew. Sust. Energ. Rev. 2020. V. 117. ID 109 486; https://doi.org/10.1016/j.rser.2019.109486

  19. Janajreh I., Adeyemi I., Raza S.S., Ghenai C. // Ibid. 2021. V. 138. ID 110505; https://doi.org/10.1016/j.rser.2020.110505

  20. Ruiz G., Ripoll N., Fedorova N. et al. // Intern. J. Heat Mass. Transf. 2019. V. 136. P. 383; https://doi.org/10.1016/j.ijheatmasstransfer.2019.03.009

  21. Салганский Е.А., Фурсов В.П., Глазов С.В., Салганская М.В., Манелис Г.Б. // Физика горения и взрыва. 2003. Т. 39. № 1. С. 44.

  22. Манелис Г.Б., Глазов С.В., Лемперт Д.Б., Салганский Е.А. // Изв. АН. Сер. хим. 2011. № 7. С. 1278.

  23. Глазов С.В., Полианчик Е.В. // Теорет. основы хим. технологии. 2019. Т. 53. № 2. С. 152; https://doi.org/10.1134/S0040357119020040

  24. Tabrizi F.F., Mousavi S.A.H.S., Atashi H. // Energy Convers. Manag. 2015. V. 103. P. 1065; https://doi.org/10.1016/j.enconman.2015.07.005

  25. Цветков М.В., Кислов В.М., Цветкова Ю.Ю. и др. // Хим. физика. 2022. Т. 41. № 8. С. 93; https://doi.org/10.31857/S0207401X22080143

  26. Трусов Б.Г. // Матер. XIV Междунар. конф. по химической термодинамике. Спб: НИИХ СПбГУ, 2002. С. 483.

  27. Salgansky E.A., Kislov V.M., Glazov S.V., Salganskaya M.V. // J. Combustion. 2016. ID 9637082; https://doi.org/10.1155/2016/9637082

  28. Kitzler H., Pfeifer C., Hofbauer H. // Fuel Process. Technol. 2011. V. 92. № 5. P. 908; https://doi.org/10.1016/j.fuproc.2010.12.009

  29. Hoang A.T., Huang Z., Nižetić S. et al. // Intern. J. Hydrog. Energy. 2022. V. 47. № 7. P. 4394; https://doi.org/10.1016/j.ijhydene.2021.11.091

  30. Habibollahzade A., Ahmadi P., Rosen M.A. // J. Clean. Prod. 2021. V. 284. ID 124718; https://doi.org/10.1016/j.jclepro.2020.124718

Дополнительные материалы отсутствуют.